Дело о смертельной ненависти. Отдел спецрасследований - Корджева Елена

– Евгений, здравствуйте. Вот то вчерашнее видео, где парень Роберты садится в автомобиль. Может быть, вам удалось машину пробить? Уже пробили, кто его подвозил?

– Ну, вы даете! Я и то не сразу сообразил. – Детектив восхитился искренне, по голосу чувствовалось.

– Так что, знаете?

– Знаем, конечно. Тоже, небось, мышей ловить умеем. Ухажер у нас – Иммо Ранд, двадцать два года, студент-медик. А приезжал за ним Артур Март, тоже студент, тоже медик. И по совместительству угадайте, кто?

– Самаритянин? – Асенька не успела прикусить язычок, и слово само вырвалось.

В трубке послышалось довольное хмыканье:

– В корень зрите, барышня. Называются иначе, но суть та же. Мало того, этот Март волонтерит у этих самых, как вы говорите, «самаритян». Водитель-санитар, между прочим.

Кажется, у них появилась первая настоящая зацепка. Главным было, во-первых, не спугнуть ни удачу, ни этих самых водителей-самаритян, во-вторых, не ошибиться. Похоже, тут они с Евгением были полностью солидарны. Кроме наблюдения Асенька попросила детектива поподробнее покопаться в контактах и водителя Артура, и ухажера Иммо.

Глава 10. Трудно быть мужем

«Жениться совсем не трудно, трудно быть женатым».

М. Унамуно

Бульонный кубик, пельмени, вермишель, сушеная зелень из пачки… Пельменный суп – чем не ужин на скорую руку?

Рихарду пришлось резко восстановить свои навыки холостяцкой жизни. Ибо это расследование захватило Асеньку полностью. Ни о чем другом у нее думать просто не получалось. Больно было смотреть на осунувшуюся, с синими тенями под глазами жену, с утра до ночи созерцающую доски с прикрепленными к ним фотографиями и рисующую на бумаге в клеточку какие-то только ей понятные схемы и стрелочки. Вечерами он с трудом уводил ее домой, пытался кормить и укладывать спать.

Но одно дело – стараться, другое – как получается. Не то чтобы он совсем не умел готовить – в конце концов, невеликая проблема купить готовые полуфабрикаты и прочитать инструкцию по приготовлению. Он жарил купаты, шашлык, делал голубцы… Просто сегодня выдался уж очень тяжелый суд. В конце концов, он тоже устал за эту неделю. Не от работы, конечно. И даже не от необходимости готовить или что-то делать по дому – это всегда пожалуйста, ни разу не проблема. Хоть каждый день! Но вот как быть, когда ты стараешься-стараешься, а любимая жена, как вон сейчас, лениво болтает в тарелке ложкой и даже не пытается нормально поесть. И так всю неделю. Если бы только она, как раньше, щебетала за столом, он был бы на седьмом небе от счастья. Ну и, конечно, постель – тоже не последнее место для счастливой семейной жизни. Как мужчина он признавал за женой право на недомогания, усталость там и всякое такое. Это нормально, и это можно пережить. Но вот пережить, что рядом с тобой ложится в кровать бледная тень любимой жены, вся настолько в своих мыслях, что вздрагивает от любого прикосновения – та еще задачка. Умом-то он прекрасно понимал, что происходит: перед некоторыми судебными слушаниями тоже приходилось делать усилие, чтобы выгнать из головы мысли и заснуть. Но там рядом была Асенька, нежная, чуткая, понимающая. А сейчас? Любовь и чувство долга ясно диктовали образ действий: заботиться, помогать и содействовать. И он очень старался. По крайней мере, накормить, уложить и надеяться, что его гениальная женушка распутает это совершенно невозможное дело.

Когда он проснулся, жены рядом уже не было. Как и следовало ожидать, она, примостившись за письменным столом, снова рисовала свои квадратики со стрелочками. Вчера и позавчера творилось то же самое: он находил ее, замерзшую, как ледышка, сидящую в одной ночной рубашке над своим «кроссвордом». Опасаясь простуды, взял за правило с вечера надевать ей шерстяные носочки и класть на стул теплый халат, обычно висевший в ванной.

Сегодня адвокатская предусмотрительность сработала: носочки были, теплый халат – тоже. И, о чудо! – перед женой стояла уже пустая чашка из-под кофе. Похоже, она все-таки возвращалась к нормальной жизни. Глядишь – раскроет дело.

Обнадеженный, Рихард поцеловал теплую, вкусно пахнущую жену и отправился готовить завтрак.

Жизнь определенно менялась к лучшему: Асенька съела всю яичницу и теперь приканчивала вторую чашку кофе вприкуску с сыром. Правда, при этом она не отрывалась от своих бумаг, но выглядело это как-то по-другому. Похоже, до чего-то ей удалось додуматься. Если да, то Рихард старался не зря. Ему очень хотелось так думать, но от расспросов он пока воздержался.

В офис они приехали рано. Однако, к удивлению молодого адвоката, первыми не были: Вита уже заняла свой пост, словно никуда не уходила.

– Доброе утро. Шеф во сколько будет?

Вита бросила быстрый взгляд на девушку и, сделав какие-то собственные выводы, сообщила:

– Думаю, в течение часа появится. Имей в виду, вторая половина дня у него занята. Так что хватай его, как только приедет.

– Вы мне скажете?

Вечная Жизнь кивнула. И тихонько переглянулась с Рихардом.

Скоро коридор наполнился жизнью: господа адвокаты прибывали на рабочие места, разбирали пришедшую с утра почту с судебными решениями, варили кофе. Какой-то ранний клиент эмоционально вопил в приемной. Словом, обычное адвокатское утро.

Асенька не услышала, как приехал шеф, и вздрогнула, когда Вита без стука открыла дверь в ее кабинет:

– Готова? Хватай шефа, пока никуда не ушел!

Отвыкшие за неделю господа адвокаты с интересом смотрели вслед девушке, уверенно цокающей каблучками по коридору туда, где вдали от офисной суеты расположился кабинет шефа.

Где-то через полчаса под взглядами адвокатов потому же коридору едва ли не строевым шагом промчался полковник Варис, явно спешно вызванный начальством. Еще чуть позже двое практикантов выкатили из Асенькиного кабинета доски с фотографиями и тоже потащили ее в конец коридора, сопровождаемые секретаршей, предусмотрительно несущей поднос с кофе, чашками, сливками и вазочкой конфет и печенюшек.

Господа адвокаты сегодня не торопились закрывать двери в свои кабинеты: всем хотелось узнать, как и куда продвигается дело подозреваемого эстонца, доставшееся «сладкой парочке» – помощнику адвоката Рихарду и начальнику отдела специальных расследований, субтильной блондиночке с очаровательными ножками. Даже эмоциональный клиент в одной из переговорных комнат притих, словно почувствовал общее настроение.

Ждать пришлось долго.

По крайней мере, пару часов по коридору больше никто не шел. Затем в комнату заглянула Вита с информацией:

– Рихард, быстро к шефу!

«Так, наверное, чувствуют себя модели на подиуме», – думал молодой адвокат, преодолевая этот бесконечный коридор под взглядами любопытных коллег.

– Двери закрывай! – Это было единственным, что донеслось до сотрудников, заинтригованных происходящим.